borkhers: (Default)
***

В начале Адама и Еву Господь
любил, как родных детей.
Он шерстью покрыл их нежную плоть
и чешуйками из ногтей.

Чтобы стужа не принесла им вреда,
чтобы хищник их не загрыз,
чтоб не тронули их ни огонь, ни вода,
Бог им дал чешую вместо риз.

И шкуру дал поверх чешуи,
и копыта - крепость ногам!
Но согрешив, покровы свои
потеряли с Евой Адам.

Стоят нагие не грешной земле,
прикрывши руками срам.
А вдали, на неприступной скале
сияет хрустальный храм.

И оттуда вещает Господень глас:
Оставайтесь такими, как есть!
Лишь на пальцах останутся ногти у вас,
а там, где прикрылись - шерсть.

Так мы потеряли природу свою
и остатки - не бережем.
Ногти и шерсть, что имели в раю
мы обрезаем, стрижем.

Острижем - и метем поскорей!
Но если б Адам не погиб,
была б у нас шерсть, как у всех зверей,
а чешуя - как у рыб.
borkhers: (Default)


***

Два Илии, два пророка,едут по облакам:
Красный и Черный, каждый катит в своей
колеснице, запряженной четверкой коней.
Кони у Черного Илии - красны, у Красного Илии вороны.
Два Илии небеса прибрали к рукам.
Красный - с дневной, Черный - с ночной стороны.
Легкие облака для пророков прочней камней.

Грохочут колеса, слышен страшный удар
колесницы о колесницу - грохочет гром.
А на земле - разбой да пьяный угар.
А под землей Сатана спор, скор, хоть и хром.

И что тебе вор, воровать, деньгу прилагать к деньге,
и что тебе, блядь, блудить, ножки в стороны разводить.
Вспомнили бы о душе, о последнем деньке,
не век же звездам сиять и солнцу по небу ходить.

Парторг говорит: мир вечен! Не слушайте, врет!
Не век земле стоять на огромной змее,
кольцом свернувшейся, хвост засунувшей в рот.
Надо бы вспомнить о Черном Илье и Красном Илье.

А как сойдутся они, разнесут колесницы в щепу.
Застынут ангелы, ни слова не говоря.
И обломки сверху посыпятся на толпу,
на площади празднующую юбилей Октября.

И красная кровь Черного Илии прольется на наши поля,
и поля запылают, а вслед за полями - земля,
от земли загорятся моря, почернеют от жара леса,
от морей займутся ясные небеса.

И тогда Красный Илья черную кровь прольет на нас,
и белого света не будет, что же будет с тобой?
Вот те бабка и Юрьев день, вот те рабочий класс,
вот те, парторг, последний решительный бой.
borkhers: (Default)
***

А родился Иуда в Вифлееме, в хлеву
рядом с тем, где Христос родился тогда.
Сатана украсил рогами младенческую главу,
а над Христом-младенцем горела-сияла звезда.

И росли Христос и Иуда не по дням, а по часам,
воробьев лепили из глины, оживляли дыханием их.
Как же так случилось, что вознесся Христос к небесам,
а Иуда проклятый - в аду, среди пьяниц и горемык?

Вместе они играли голышом, не зная стыда,
вдвоем по воде гуляли, как по земле.
Но над Христом по небу ходила-светила звезда,
а рога сатанинские у Иуды торчали на детском челе.

И вырос Иуда грешником, каких на земле не сыскать:
поехал с отцом рыбачить, и в море его утопил,
а вернувшись стал с матерью спать, и обрюхатил мать,
резал горло собакам и собачью кровушку пил.

Но Господь наш любил Иуду, потому что забыть нельзя
детские игры-забавы, и дела Господу нет,
что под ногами Иуды - гибельная стезя,
что в глазах Иуды - адский, багровый свет.

Что на челе Иуды - дьявольские рога,
что в душе у Иуды мрак, какого не сыщещь нигде.
Смотрит Господь на Иуду, но не видит врага,
а видит ребенка с которым вместе ходил по воде.

И когда воскресший Спаситель спустился в ад
и вывел оттуда праотцев, пророков и мудрецов,
Христос звал Иуду с собою, в светлый небесный Град,
а вместе с Иудой всех прочих изменников и подлецов.

Но, возгордившись, Иуда остался в подземном огне,
сидит на коленях у самого Сатаны - они остались вдвоем.
А всех остальных Господь упокоит в небесной стране.
А мы, слепые калеки,об этом зрячим поем.
borkhers: (Default)
***

Родила Ева Каина, а у него на челе венец
из двенадцати глав змеиных, шипят - не подходи!
Увидев младенца, ужаснулся несчастный отец,
а Ева бесстрашно поднесла ребенка к груди.

И начали главы змеиные терзать материнскую грудь,
Ева криком кричит, слезно молит Адам:
Помоги нам, Господь, не Господь, так хоть кто-нибудь!
Избавь от змеиных глав, что ни попросишь - отдам.

"Кто нибудь" было одним из имен Сатаны.
Вмиг прискакал: Эка невидаль - голова змеи!
Уберу все двенадцать. Но за это должны
мне отдать потомков - все люди пусть будут мои!

И написал Адам грамотку, и в грамотке той
отписал всех людей Сатане, а Сатана и рад -
змеиные головы вместе с грамоткой сокрыл под плитой.
А людям сказал: Добро пожаловать в Ад!

А плита та лежала на дне Иордана реки,
а под плитой шипели двенадцать змеиных глав,
и рыдали в аду дети и старики,
бабы и мужики, кто виноват и кто прав.

Но пришел к Иордану Христос и с ним - двенадцать мужей,
и ступил на плиту, и расколол плиту,
и всплыла та грамотка, и головы вместе с ней,
и Христос разорвал в клочки грамотку ту.

И каждый апостол главу змеиную сокрушил,
и упразднился страшный Адамов обет.
Только Иуда не смог раздавить главу, ибо он согрешил.
И от той, последней главы немало мы терпим бед!

И поныне в Святой Земле течет Иордан-река,
и поныне в том Иордане свята вода.
И поныне грамотку рвет в клочки Господня рука,
и плывут клочки по реке незнамо куда.

verses

Jul. 24th, 2011 08:11 am
borkhers: (Default)
***

Летела-гудела по небу стая железных птах.
Одна спустилась вниз и влетела в раскольничий монастырь.
Влетела и клюнула девку-черничку в пах,
и она зачала, и железный родился из нее богатырь.

И так был хорош да пригож был до того,
что любую мог уломать и с нею возлечь.
А потом он построил железный воз и на него
поставил котел и большую железную печь.

И устроил насыпь и положил на нее рядком
брусья из тех крестов, на которых Нерон-злодей
распинал христиан, и сотворил потом
двойной железный путь для нечестивых людей.

И пустил железный воз на этот гибельный путь
из сатанинского Петербурга на Христову Москву.
То, на что в прежние времена и в страшном сне не взглянуть,
может каждый увидеть воочию, наяву.

И железные птицы глотают людей и везут
прямо по небу на запад к еретикам.
И у девок меж ног такой нестерпимый зуд,
что сами лезут -стыдно сказать - к мужикам.

Ложится за полночь, встает ни свет, ни заря,
плачет - горюет черничка из раскольничьего монастыря,
а погибшие души - вывернутые умы
просят-молят железного ирода-богатыря:
сделай что-то, чего еще не видели мы.
borkhers: (Default)
***

Далеко от Рязани, может, тысяча верст,
а может - и две, город, чудной на вид.
Там живут души умерших. А живой там - один как перст
царь Давид. Живет и псалмами народ дивит.

А в доме Давидовом башни четыре и в каждой врат
по пять, а может и больше, никто не считал.
А в доме Давидовом стены выше наших стократ.
А на крыше злато, а может, иной металл.

А в доме Давидовом души, как пчелы - мельтешат и жужжат.
Иногда к ним добираются наши, русские старики.
навестить родню, подкинуть немного деньжат,
или - коливом накормить, посидеть у Хеврона-реки.

А к Давидову дому близко не подойдешь.
Приближаешься - дом Давидов возносится ввысь.
Ступишь на землю - и землю охватит дрожь.
И земля человеческим голосом скажет - остановись.

И впрямь, что тебе делать во граде чужом?
Не видишь? Он весь во власти нечистых чар.
С одной стороны его караулит старый еврей с ножом,
с другой стороны - с саблей кривой - янычар.

Но отвечайте: мы русские, наши, рязанские мы,
из села Петровки, где у церковки три главы.
И Давид обрадуется, и споет вам свои псалмы,
и безопасно в Петровку вернетесь вы.

А вернешься - встань на молитву, а как псалмы прочел,
помяни Давида и кротость его. А если спросят: как там
наша родня? -отвечай - души похожи на пчел.
Мельтешат и жужжат, как в улье. А о чем - неведомо нам.

verses

Jul. 22nd, 2011 07:46 am
borkhers: (Default)
***
1.
Шел Господь по водам. Бесконечная ширь.
Кроме Бога по ней никто не ступал ногой.
Вдруг видит Предвечный - плывет по воде пузырь,
а в том пузыре завитком свернулся Другой.

Бог незрим, а Другой - непрогляден, Бог излучает свет,
а внутри Другого сгустком - тьма и огонь.
Бог говорит себе: трогать пузырь не след,
делай что хочешь, но этот пузырь не тронь!

Но что ни скажешь себе, а сделаешь - наоборот.
Взял шило Господь, продырявил пузырь насквозь.
И Другой - как выскочит! Ощерил зубастый рот,
руки в боки упер, ноги расставил врозь.

И пошли они вместе по водам Бог и Другой.
Тот, Другой, не поймешь - друг или враг.
Бог творит Вселенную правой, Другой - левой рукой.
Бог ущелье создаст, а Другой сотворит овраг.

Бог создаст небеса, а Другой - облака.
Где Бог чихнет - там озеро, где Другой - там отроги гор.
И ничего не исправила правая Божья рука,
что левой сделал Другой, Богу наперекор.

2.
А в день седьмой Бог прилег отдохнуть, и снится Ему,
что Он построил Дом во веки веков,
и запер Другого в этом вечном дому,
цепью связал и привесил двенадцать замков.

Снится Ему, что Другой грызет замки и ночью и днем.
В месяц сгрызает по одному - труды нелегки!
Но на двенадцатый месяц - думает Бог - люди вспомнят о Нем,
скажут "Христос воскрес!" - и снова на месте замки.

Снится Богу: замки обновляются каждый год.
Грызет железо Другой, так будет до Дня Суда.

Но если забудет сказать "Христос воскрес!" Божий народ,
освободится Другой, и что нам делать тогда?
borkhers: (Default)
***

Все звери когда-то были людьми, но потом
все согрешили - сами тому виной.
И Бог наслал на всех людей всемирный потоп,
и всех бывших людей по паре вывез в ковчеге Ной.

Каждый из них был порочен, блудлив и лжив.
Ослушанье и грех никогда не приводит к добру.
Все они провинились и, согрешив,
на глаза попались Господу и святому Петру.

И их превратили - каждого за свой грех -
кого в вола - пахали на нем, кого в коня - били плетьми.
А тех людей, кто провинился более всех,
Бог в наказание так и оставил людьми.
borkhers: (Default)


***

Летучая мышь была просто мышью.И в страшном сне
ей не хотелось, вихляя, летать в вышине,
расставляя длинные пальцы, расправлять перепонки крыл,
мошек ночью ловить на лету, так ей белый день постыл!

Хозяйка! Запомни: на Пасху яичко съев,
не выбрасывай скорлупу! Навлечешь на себя Божий гнев.
Собери скорлупки, на свечке церковной спали.
Не дай мышам подбирать святыню с земли.

Потому что мышь, съев скорлупку, обретает крыла.
Сначала была она, как голубь бела.
Была пушистой, пернатой ангелам Божьим подстать.
Но бес не попустил ей небесным ангелом стать.

Дунул, плюнул на мышь и в этот же миг она
стала черна, как бес, перепончатокрыла, страшна,
стала летать, вихляя, омрачая собой небеса.
Берегись, хозяйка! Заметит - вцепится в волоса.

Поделом тебе!Нужно в доме порядок блюсти.
Перед праздником пол в избе чисто мести.
И на Светлый Праздник, крашенку облупив,
не бросать скорлупу под стол, каблуком на нее наступив.

Думаешь, мыши в радость пугать тебя так?
Всю ночь напролет летать, а потом - на чердак,
вместо подполья, и вниз головой поутру
видеть во сне кусочек сыра и маленькую нору.
borkhers: (Default)


***

Как-то на Пасху мужик с сумой
шел из церкви домой.
Летают ангелы над головой,
а в суме - поросенок живой,
освященный кулич, да яиц пяток,
да копченый бараний бок.

Шел мужик домой, а пришел в корчму
и там оставил суму.
Идет, "Христос воскресе!" поет,
и так хорошо ему!
Но грех тому, кто на Пасху пьет:
нечего есть в дому.

Славит Христа вселенная вся,
все садятся за пир честной.
А освященное порося
бежит по дороге лесной.

Еврей и татарин как раз тут как тут,
трезвы (на Пасху - не пьем!).
Той же дорожкой идут вдвоем,
"Христос не воскресе!" поют.
"Не дал он жизнь тем, кто спит в гробу,
смертью на смерть наступив!"
И смеется бес с рогами на лбу:
"Какой хороший мотив!"

Поросенка завидев, решили они:
поймаем, зарежем, съедим!
Поросенок молит: "Господь, сохрани!
пусть я уйду невредим!
Пусть православный зарежет меня,
пусть в печи запечет!
Лежать на столе в честь Великого Дня
для меня - великий почет!".

Сжалился Бог: я тебя спасу
от неверных и их ножа!
Живи себе привольно в лесу,
превращайся, дружок, в ежа!

Покройся иглами и коли
тех, кто вздумал тебя поймать!
Да хранят тебя все святые земли,
да помилует Божья мать!".

Еж покрылся иглами и - бежать,
никому не известно - куда.

А евреям-татарам свинину вкушать
нельзя с той поры - навсегда.
borkhers: (Default)


***

Адама по образу Своему
создал Бог. А дьявол со зла
сотворил того, кто подобен ему -
слепил из глины козла.

Черт и козел похожи с лица:
пасть, рога, борода.
Но дело свое не довел до конца -
так у бесов всегда.

Черт - рогат, перепончатокрыл,
козла в копыта обул,
козлиную шкуру шерстью покрыл,
а дух в него не вдохнул.

Лежит козел, как оставил бес -
не жил и не околел.
Но Бог призрел на козла с небес,
дунул - и всех-то дел!

И вскочил козел, дал волю ногам,
и громко замекал - Ме-е-е-е!
И долго, долго скакал по лугам,
как не в своем уме.

Итак, козел состоит из двух
составных природных частей.
Сатанинское тело, но Божий дух
пробрал его до костей.

Пригодна козлятина в пищу, хоть
на козле печать Сатаны.
Можете есть козлиную плоть,
но голову есть не должны.

Уж больно та голова страшна!
Помилуй нас, Благодать!

а наша природа внутри -грешна,
а снаружи того не видать.
borkhers: (Default)



***

И медведь был человеком. Мужик как мужик.
Но если выпьет - то в ярость впадет, то в тоску.
А то - оденется в шкуру и станет пугать чужих:
воет, ревет, шатается по леску.

Мед лесной выковыривает из дупла,
а зимою водку пьет и спит на печи,
руку свою грызет до наступленья тепла,
в божий храм не зайдет, не поставит свечи.

Вот, однажды оделся в шкуру, спрятался под мостом,
приметил прохожего и как выскочит из-под моста!
А повстречался мужик с самим Иисусом Христом.
Вздумалось дураку напугать Иисуса Христа!

Иисус говорит мужику - вовек тебе шкуры не снять!
Весной валежник ломай, зимою в берлоге спи.
Пугай мужиков, а не испугаются - знать,
век тебе их веселить - плясать, сидеть на цепи.

Оттого-то медведь так любит людскую еду,
может водку пить, плясать, сидеть за столом.
Все же лучше медведем быть. чем гореть в аду.
А что на цепи сидит - поделом ему, поделом.

Потоп

Jul. 14th, 2011 03:50 pm
borkhers: (Default)


***

Затопили Рассею воды никонианства по маковки колоколен.
Только кресты на куполах над водой торчат.
Тонет всяк человек, особенно, кто подневолен,
как корабль выплывает храм, но только, если намолен,
да бабушки-староверки несут на руках внучат.

И дщери с иконами безопасно идут по водам,
и как ни ярись антихрист-утопленник-царь,
что смогут бесы его сделать с этим народом?
в воде не тонет, молится так, как встарь.

А что лихоимство, блуд, да запах сивухи,
разбой на дорогах, насилие, нищета,
так мало ли что творят водяные нечистые духи?
А наши ходят по водам - не им чета!

Царь-чума на дне людишек, что сено косит.
Суки-щуки-бояре счет ведут чиновной плотве.

Волны их беззакония нас не топят, выносят,
да вынесут хоть в Литву. проживем и в Литве.
borkhers: (Default)
***

Если едешь на дровнях ранней весной,
когда не сошел еще снег,
по узкой и страшной дороге лесной,
и лошадь ускорила бег,

оглянись и увидишь: матерый вот-вот -
догонит тебя, и не
спастись: взгляд горящий, клыкастый рот,
и уши прижаты к спине.

Тогда задавай зверю вопрос:
Волк! Отвечай добром,
где ты был, когда родился Христос?
И волк ковыляет, хром.

И снова: Когда наш Господь был рожден,
где находился ты?
И волк застывает, стыдом пригвожден
среди лесной темноты.

И, возвысив голос, тот же вопрос
задай ему в третий раз:
Где ты был, когда родился Христос?
И волк скрывается с глаз.
borkhers: (Default)
***

Жила в нашем селе толстая баба скупая.
Ела все одна, ни куска никому не давая.
Была бы она собака - мясо бы в землю зарыла.
А так - положила в миску и сверху другой накрыла,
чтоб никто не увидел, не сунул жадного рыла.

Шел мимо путник (а то был Христос), постучался в двери,
спросил: хозяйка, нет ли еды, хлеба по крайней мере?
- Нет ничего! Ступай себе с Богом, Спасе!
И Спас плечами пожал, головой покачал и - ушел восвояси,
размышляя о злой хозяйке и спрятанном мясе.

А хозяйка и рада, а как стала трапезничать, братцы,
видит: миска с миской срослась, а до мяса ей не добраться.
И выдвинулась из мисок голова, как у гадюки,
четыре лапы - не скажешь - где ноги, где руки,
и прошипела хозяйке: поделом тебе, старой суке!

Прошипела, втянула голову - тем же часом
стала хозяйка сукой, а миска с мясом -
черепахой черной, болотной, панцирь из двух половинок,
как миска на миске - плавает черепаха среди белых кувшинок,
а на суше прячется внутрь себя и живет, словно в келье инок.

А собака прячет в землю мясо гнилое,
как когда-то скрывала жирную пищу, жадную душу и сердце злое.
А Господь наш идет по земле в двери твои стучится,
не огорчай Его, ибо если уж Он огорчится,
знаешь сама, хозяйка, что с тобою случится!

verses

Jul. 11th, 2011 06:43 am
borkhers: (Default)
***

А как строили бесы до самого неба колонну,
чтоб расселиться им по всему небосклону,
чтоб рассеяться им по звездам -светилам,
многого им хотелось, но Господь запретил им.

И летели на землю они сорок деньков тридцать девять ночек,
и каждый нашел на земле свой закуточек.

Кто куда свалился - там и остался,
кто где остался - так и назвался,

кто в лес - тот лешим, кто в дом - домовым,
кто в болото - болотным, кто в поле - полевым.

А кто в человека упал и внутри обитает,
знай, сидит, смеется, свои имена считает.

А зовут его то неугасимой страстью,
то лучшею частью, то неодолимой властью,
то сердечной тоской, то сердечным жаром,
то влечением, то призваньем, то высшим даром...

Но как ни зови - смеется чертяка с рогами,
машет хвостом, как дитя болтает ногами,
глазки в глазницах, что уголечки тлеют.
И надо бы гнать, да люди его жалеют.

verses

Jul. 10th, 2011 06:04 pm
borkhers: (Default)
***

Писано в писаниях: во времена оны
жили во Египте люди-фараоны.
Кто с головою сокола, кто с головой шакала:
одна башка клевала, другая лакала.
Жили - не тужили, но себе на горе
погнались за евреями сквозь Красное море:
средь моря было узко словно в коридоре.

Евреи те вышли из воды сухими -
такой уж промысел был Божий над ними.
Фараоны остались в иле придонном -
так судил их Моисей со своим законом.
И теперь живут в воде эти человечки,
доходят даже до устья нашей речки,
плавают у мельницы там, где запруда:
даже сетью их нельзя вытащить оттуда.

Лишь когда Христос-младенец по земле гуляет -
в год по одному человечку избавляет:
ловит в воде, кладет в свой кармашек.
А за ними следом ходит маленький барашек.

А бывает это в дни Пасхи Господней,
когда даже черти боятся в преисподней.
сорок дней гуляет Иисус, взирая:
далеко ль Державе Российской до рая?

Потому-то сорок дней на земле не пашут,
а на дне реки прозрачные человечки пляшут -
кто с головою карпа, кто с головой налима:
ждут нового подводного Иерусалима.
borkhers: (Default)
***

Черт с неба упал, больно ударился оземь
обернулся мышью, огляделся вокруг.
Грешки людские ему сказали: Милости просим!
Чувствуй себя как дома, располагайся, друг.

Известно, люди имеют дурную привычку
в своих домах нечистого привечать.
Но тут Богородица с неба бросила рукавичку.
Варежка стала кошкой - и ну мурчать!

Бело-рыже-черная, гибкая, шерсть густая.
Догнала мышь бесовскую в два прыжка.
Прижала сначала лапкой, когтя не выпуская,
придушила малость хвостатого, дьявольского дружка.

Поиграла с ним вволю, проглотила, не осквернилась,
не подавилась, знай, лапкой мордочку трёт.
Такая была дана Богородицей милость
ожившей варежке-кошке, облизывающей рот.

Оттого-то в домах и в церкви в почете кошка,
у окна, свернувшись, глядит во двор сквозь стекло.
А Мария без варежки, если замерзнет ладошка,
погладит ладошкой кошку, и обеим тепло!
borkhers: (Default)
***

Обошел Петр землю, сказал: о Господь!
прекрасна Твоя земля!
Сколько Ты создал племен, но хоть
сотворил бы для них Москаля!

А Господь Петру: Нелегкий урок
для людей Москаля создавать!
Щелкнул пальцами раз, и Москаль - прыг-скок,
и Петра за бороду - хвать!

Топочет ногами, трясет головой,
давай на Петра кричать:
- А ну, покажи-ка мне паспорт твой,
чтоб на паспорте том - печать!

Коли паспорта нет - деньгу отвали,
дома - десять голодных ртов.
И с Господом Петр вознеслись от земли,
ибо нет у них паспортов.

А Москаль охраняет свои рубежи,
на страх супостату-врагу.
И опять же - паспорт ему покажи
или - гони деньгу.

Каждое утро навеселе,
и ружье у него со штыком.
И каждая девушка в нашем селе
мечтает о муже таком.

February 2015

S M T W T F S
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 20th, 2017 05:38 am
Powered by Dreamwidth Studios