verses

[borkhers]

***

Была бы мама жива, были бы живы
бабушки, не сломали бы ту скамейку
у чугунных ворот, во дворе убивались бы за копейку
Брохманы с третьей квартиры - помнишь эту семейку?
Как не помнить таких - неопрятны, несчастны, лживы.

Трое чумазых мальчишек, акцента больше, чем речи,
две черно-белых собаки гоняются за мальцами,
потом - под машинку затылки, полоски-погоны на плечи,
потом - Афган, дембель, наркотики, и - с концами.

Были бы живы все они, бабки, мамки и детки,
подростки, кучкующиеся у известных "точек",
торчал бы старик Перельман у застекленной газетки,
стараясь хоть что-то разобрать между строчек.

Стояла бы на углу желтая бочка с квасом,
из радио пел бы Утесов про шаланды-полны-кефали.
А шла бы милиха на хер вместе с рабочим классом,
а мы бы совсем не менялись, и все бы нас узнавали.

Comments

[stessin.livejournal.com]

Машенька, спасибо за поздравление! А про память еврейства: так ее ж столько, этой памяти, что на всех хватит, от черкесов до юкагиров.
Кстати, и тебя с новым стихотворением (почти поэмой)! Оно мне чем-то напомнило замечательные лосевские стихи -- ну, понятно, в общем, чем. При этом -- абсолютно твое и виртуозно выполнено, мне кажется. Так держать.