borkhers | Записки психиатра

*
И в желтом доме бывал "голубой огонек" - корпоратив, как теперь сказали бы.В клубе накрывались столы, из сейфов доставались бутылки, из моей лаборатории приносилась звуковоспроизводящая аппаратура. Тостов было где-то двадцать, за каждое из отделений. Писались какие-то тексты. из цикла "психиатры шутят", типа:

Мой миленок пьет с пеленок,
алкоголик мой миленок -
собирай консилиум
у него - делириум.

Во дворе растет береза,
а сирень цветет в саду.
Выйди, милый, из психоза,
я вторые сутки жду!

Выхожу, выхожу,
только ножки отвяжу.

Во время одного из подобных "собраний трудового коллектива" на весь зал раздался чрезмерно выразительный смех одной из первых красавиц больницы. Оставим ей имя - Нина. Главный врач отреагировал мгновенно: Сергей Васильевич! Чем это вы так растрогали Нину? - Я нашел у нее эрогенную зону! - опять же на весь зал ответил Сергей, - мы говорили о соцсоревновании.

Причина смеха, однако, была совсем иная. Дело в том, что в эту ночь мы с Сергеем должны были дежурить по больнице. А потому пить не могли. Во время "сепаратного" новогоднего заседания в моей лаборатории Сергей возмутился - почему мы должны сидеть трезвые, когда у всех глаза уже залиты по самые уши. И спросил, нет ли у кого из присутствующих анаши. По несчастью, у Нины анаша была: только сегодня она конфисковала ее у наркомана, который "лечился" в ее отделении. Сергей офицерским голосом отдал приказ принести отраву. Нина не заставила себя ждать... Сергей немедленно "забил трубу" и пустил ее по кругу. В отношении наркотиков Сергей вовсе не был невинен, однажды его едва не исключили из института за "травку". Но остальные... Для остальных это был первый опыт. В том числе и для меня. И для Нины. Но уклониться от косяка никто не захотел. Как известно, типичный вариант гашишного опьянения - бездумное веселье, "хохотунчик".

Вот почему так весело и выразительно смеялась Нина на празднике трудового коллектива. Вот почему так искрометно шутили мы с Сергеем... Вот почему, соблюдая воздержание от спиртного, мы, ответственные дежурные доктора, не чувствовали себя обделенными.

Праздник окончился. Народ как мог, так и разошелся по домам. А мы с Сергеем отправились в ночной обход... Нам повезло - ни один больной не поступил в эту ночь в больницу. Ни один не отяжелел внезапно. Никто не тревожил нас ночью.

*
Зато после сдачи смены наступил час расплаты. Оставшись с нами наедине, главный обрушил на нас всю тяжесть своего гнева. Он, оказывается, был прекрасно осведомлен о нашем времяпровождении и о причине заливистого смеха красавицы Нины. Не было никаких сомнений, откуда пришла к нему информация. С одной из наших подружек главный состоял, как теперь говорят, "в отношениях".
Однако Сергея и главного связывали общие грехи молодости, включавшие и употребление легких наркотиков. Сергей в лоб и в самых рискованных выражениях напомнил об этом главному. После чего мы были посланы по известному адресу и мирно разошлись по рабочим местам.

*
Но нам еще предстояло два испытания: истерика осведомительницы, которая вовсе не думала, что ее административный бойфренд устроит нам разнос, а теперь ее репутация "хорошего парня" подорвана навсегда. Осведомительница была утешена. Мы и впрямь не очень на нее сердились.

Но и это был еще не конец. Один из коллег, уходя из лаборатории, унес спичечный коробок с анашой. А дома, набив ею папиросу, выкурил ее на балконе. Что знал этот младенец о правильной дозировке гашиша? Его подвела жадность - он заправил в беломорину дозу, которой опытному наркоману хватило бы на неделю.

Мы еще не ушли домой, как нам позвонила жена коллеги. Она была в отчаянии. У ее мужа появились галлюцинации и непреодолимый страх... Коллеге была оказана товарищеская помощь. Через какое-то время он уснул.

На этом корпоратив завершился. Завершился и мой опыт злоупотребления психоактивными веществами.