Памяти семидесятых
Jul. 5th, 2006 12:32 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
borkhersЕще бы мне не знать, что украинские националисты нашли общий язык с сионистами! Первый год я проучился в Ивано-Франковске. На Западной Украине в конце шестидесятых еврей в принципе мог поступить в медин. А вот в Одессе о том речи не было… Там, в Ивано-Франковске, я впервые увидел диво дивное – еврейских и немецких профессоров (Мельман, Машталлер), читающих лекции на прекрасном украинском языке. Там сутулый мальчик Яша Лернер тоже говорил на двух языках – на украинском и идиш. А на русском – не хотел. А самый «крутой» украинский националист медина, латинист Иван Думка, по слухам, во время Шестидневной войны передвигал флажки на карте и говорил: «А наши вжэ ось дэ!»ю И имел он в виду отнюдь не арабов…
И еще забавная история: гуляю я с двумя дивчынками пид ручку – Ганкою и Марийкою. Марийка ругательски ругает советскую власть. Ганка явно тревожится Наконец, она отзывает Марийку в сторону и говорит тихо (но я-то слышу!): Кому ты цэ кажэш? Вин ж еврэй!». А Марийка отвечает громко, так чтобы я слышал ( и я таки да слышу!): «Добрэ знаю, хто вин е. Алэ у еврэив та украинцив зараз спильный ворог».
Что за дивчынка была эта Марийка, подтянутая, разумная, с длинной русой косой. Она говорила мне: «Боря, нэ розмовляй украинською мовою. Бо ты ии псуеш!». Да, в начале моего пребывания на Западной Украине мой украинский оставлял желать лучшего. Но за год я достаточно продвинулся. И поныне пользуюсь тем запасом…
Но, разумеется, были и отрицательные стороны. Жил я тогда на улице Московской. Очень непопулярное название. И хлопцы с соседних улиц часто ходили на Московскую проучить тех, кто там живет, чи мэшкае.
Пару раз досталось и мне. Теперь та улица носит правильное название – Степана Бандеры . И теперь, думается, уже хлопцы с этой улицы поколачивают зрадныкив з вулыци Льва Толстого.
Беда моя была в том, что я слабо идентифицировал себя с еврейским народом (издержки воспитания), ходил в церковь, говорил по-русски. И отдаться освободительному движению всем сердцем не мог никак. Конечно, диссидентов-националов в Одессе я знал. Но даже тогда они держались особняком.
Читал я и Солженицына, который в «Архипелаге» писал, что Украине обязательно быть независимой. Но в серьез не принимал. А теперь часто вспоминаю последние строки того абзаца: «Что ж, пусть поживут своим домом. Быстро поймут, что не все проблемы решаются независимостью.
И еще забавная история: гуляю я с двумя дивчынками пид ручку – Ганкою и Марийкою. Марийка ругательски ругает советскую власть. Ганка явно тревожится Наконец, она отзывает Марийку в сторону и говорит тихо (но я-то слышу!): Кому ты цэ кажэш? Вин ж еврэй!». А Марийка отвечает громко, так чтобы я слышал ( и я таки да слышу!): «Добрэ знаю, хто вин е. Алэ у еврэив та украинцив зараз спильный ворог».
Что за дивчынка была эта Марийка, подтянутая, разумная, с длинной русой косой. Она говорила мне: «Боря, нэ розмовляй украинською мовою. Бо ты ии псуеш!». Да, в начале моего пребывания на Западной Украине мой украинский оставлял желать лучшего. Но за год я достаточно продвинулся. И поныне пользуюсь тем запасом…
Но, разумеется, были и отрицательные стороны. Жил я тогда на улице Московской. Очень непопулярное название. И хлопцы с соседних улиц часто ходили на Московскую проучить тех, кто там живет, чи мэшкае.
Пару раз досталось и мне. Теперь та улица носит правильное название – Степана Бандеры . И теперь, думается, уже хлопцы с этой улицы поколачивают зрадныкив з вулыци Льва Толстого.
Беда моя была в том, что я слабо идентифицировал себя с еврейским народом (издержки воспитания), ходил в церковь, говорил по-русски. И отдаться освободительному движению всем сердцем не мог никак. Конечно, диссидентов-националов в Одессе я знал. Но даже тогда они держались особняком.
Читал я и Солженицына, который в «Архипелаге» писал, что Украине обязательно быть независимой. Но в серьез не принимал. А теперь часто вспоминаю последние строки того абзаца: «Что ж, пусть поживут своим домом. Быстро поймут, что не все проблемы решаются независимостью.
