Перевод из Сергея Жадана
Sep. 23rd, 2009 09:01 am***
Самая маленькая девочка в Чайна-тауне,
старые баптисты в холодных церквях Манхеттена,
даже не представляют, какие звезды
падают в наши камины
и какие изумрудные стрелы чеснока
растут на наших футбольных полях.
Ибо вот - океан без конца и без края,
заливает берег, на котором стоят китайские рестораны,
и тысячи кашалотов скрываются в нем
за песком и молом,
отделяющим меня от страны,
которую я любил.
Ибо вот - черные древья в холодных снегах,
как африканки на простынях белоснежных,
и на каждом дереве сидят птицы,
крикливые птицы эмиграции,
певчие птицы изгнания.
Ибо вот - я
каждую ночь
во сне
нагружаю свой пароход звездами и пшеницей,
наполняю трюмы ромом и цикутой,
прогреваю старые машины,
как топят кафельные печи.
Уже совсем скоро Господь позовет нас всех,
повернет океанские течения, погонит нас во тьму.
Рыдай обо мне тогда,
сладкая морская капуста Америки,
как умеешь лишь ты одна,
как умеешь лишь ты одна.
Самая маленькая девочка в Чайна-тауне,
старые баптисты в холодных церквях Манхеттена,
даже не представляют, какие звезды
падают в наши камины
и какие изумрудные стрелы чеснока
растут на наших футбольных полях.
Ибо вот - океан без конца и без края,
заливает берег, на котором стоят китайские рестораны,
и тысячи кашалотов скрываются в нем
за песком и молом,
отделяющим меня от страны,
которую я любил.
Ибо вот - черные древья в холодных снегах,
как африканки на простынях белоснежных,
и на каждом дереве сидят птицы,
крикливые птицы эмиграции,
певчие птицы изгнания.
Ибо вот - я
каждую ночь
во сне
нагружаю свой пароход звездами и пшеницей,
наполняю трюмы ромом и цикутой,
прогреваю старые машины,
как топят кафельные печи.
Уже совсем скоро Господь позовет нас всех,
повернет океанские течения, погонит нас во тьму.
Рыдай обо мне тогда,
сладкая морская капуста Америки,
как умеешь лишь ты одна,
как умеешь лишь ты одна.