целостность в разорванности (окончание)
Jan. 18th, 2010 04:23 pmПервоначальным моим намерением было подробно разобрать примеры, приводимые Кукулиным в этом разделе. Но затем я решил не утомлять этим моих друзей, читающих ленту. Скажу просто, что на мой взгляд в стихотворении Ники Скандиаки моделируется разорванность, вплоть до расчленения слов (с возможными вариантными заменами). В ее текстах также видим созвучия, как один из основных типов ассоциаций. В тексте Скандиаки даже замена слов на близкие не воссоздает грамматическую конструкцию, а созвучия не придают тексту музыкальность. Совершенно иначе, на мой взгляд, строится поэтическое высказывание Полякова. Здесь, пожалуй, моделируются свободные ассоциации, а замена созвучных слов не только модифицирует, но и проясняет смысл. Не говорю уже о том, что звукопись у Полякова редкая в современном стихе. О цикле "Китайский десант" Полякова недавно прекрасно высказался Михаил Айзенберг. Также совершенно иная поэтика у Павла Гольдина, его абсурдистские стихи во многих отношениях совершенно внятны. И еще - в стихах Гольдина мне видится естественное и очень органичное для него высказывание, а в текстах Скандиаки и Полякова - напряженная работа над словом, приводящая, впрочем, к совершенно различным результатам.
Не думаю, все же, что эти подходы являют собою новое направление.Не случайно Илья Кукулин поминает Хлебникова, а один из жестких критиков говорит о "Скандиаке верхом на Хлебникове". Аналогия с футуристическими текстами напрашивается. И все же есть принципиальное различие. Высказывание Хлебникова совершенно органично для него, это его единственная возможность выразить себя в стихе. Также и в контексте биографии Хлебникова и, что важно, в контексте тотального распада так называемых революционных преобразований с их романтическим, всемирным восприятием поэтика Хлебникова выглядит гармонично именно в силу своей дисгармонии.
Распад Красной Империи все же не был таким катастрофическим, многие его просто "не заметили", оставшись в своих квартирах, читая те же книги, выходя на угол в тот же гастроном. И, главное - никакого романтизма в восприятии нынешних перемен не наблюдается, как, впрочем, и в стихах Ники Скандиаки.
И, наконец, последнее в этом разделе. Я считаю, что экспериментальная поэтика разорванности не определила развитие поэтического слова в нулевые годы, а оставалась глубоко сокрытым "внутренним делом" поэзии, совершенно недоступным не только для внешнего восприятия, но и для восприятия многих собратьев по цеху.
Повторюсь - это НЕ касается стихов Полякова и, во многих случаях, - стихов Гольдина.
Не думаю, все же, что эти подходы являют собою новое направление.Не случайно Илья Кукулин поминает Хлебникова, а один из жестких критиков говорит о "Скандиаке верхом на Хлебникове". Аналогия с футуристическими текстами напрашивается. И все же есть принципиальное различие. Высказывание Хлебникова совершенно органично для него, это его единственная возможность выразить себя в стихе. Также и в контексте биографии Хлебникова и, что важно, в контексте тотального распада так называемых революционных преобразований с их романтическим, всемирным восприятием поэтика Хлебникова выглядит гармонично именно в силу своей дисгармонии.
Распад Красной Империи все же не был таким катастрофическим, многие его просто "не заметили", оставшись в своих квартирах, читая те же книги, выходя на угол в тот же гастроном. И, главное - никакого романтизма в восприятии нынешних перемен не наблюдается, как, впрочем, и в стихах Ники Скандиаки.
И, наконец, последнее в этом разделе. Я считаю, что экспериментальная поэтика разорванности не определила развитие поэтического слова в нулевые годы, а оставалась глубоко сокрытым "внутренним делом" поэзии, совершенно недоступным не только для внешнего восприятия, но и для восприятия многих собратьев по цеху.
Повторюсь - это НЕ касается стихов Полякова и, во многих случаях, - стихов Гольдина.