Записки психиатра

*
Страх перед безумцами не очень оправдан: большинство преступлений совершают вменяемые люди. За пятнадцать лет работы в больнице лишь один раз пациент разорвал на мне халат. Иногда доктор получал легкую травму - сотрясение головного мозга после удара бутылкой из-под молока (тогда о пакетах и не слыхивали) по голове. Совсем редко - тяжелую:больная толкнула пожилого доктора, результат - перелом бедра и долгое выздоровление. Но доктор все же вышла на работу, именно в то отделение, где и пострадала.
*
Бывало ли, что я боялся? Да, конечно. Вот случай многолетней давности. В отделении проходил лечение офицер, его заболевание расценили как кратковременный бредовый психоз, вызванный злоупотреблением спиртными напитками. У офицера были высокие покровители, которые оказали давление на администрацию больницы. Так или иначе, авторитетная комиссия во главе с профессором признала пациента не только полностью выздоровевшим, но и годным к продолжению военной службы. Хотя я был в то время совсем молодым врачом, но ни тогда, ни позднее не пошел бы на подобный компромисс. Решение было принято более высокими инстанциями... А вот расплачиваться за это решение пришлось мне.

Некоторое время спустя я начал получать письма от пациента. Это были письма бредового больного. Излечение оказалось мнимым. Внутри пациента продолжал свою разрушительную работу шизофренический психоз. Пациент ощущал себя объектом преследования могущественных сил, включая обком партии (кстати, именно в обкоме и работал его "высокий покровитель"). Но главным "преследователем", состоящим в сговоре с обкомом, был я. В письмах пациент увещевал меня, просил оставить его в покое. Затем перешел к угрозам, включая угрозу убийством.

И тут в больницу приходит "ориентировка" - мой пациент, мой "преследуемый преследователь" самовольно оставил часть, прихватив табельное оружие... Тут уже вспомнили о том, где он когда-то лечился. Вот тогда мне впервые стало страшно. Где-то ходит параноик с пистолетом, и вся его ненависть сошлась клином на одном молодом докторе. И, увы, доктор этот - я. Отвечать на подобные письма ненависти нельзя. Обычно ответы еще больше ожесточают больного. Подать на него в розыск? Так его же и так ищут по всему СССР.... И тут-то мне впервые пришла в голову мысль - а нельзя ли выяснить, откуда отправлены письма? Проще простого! Нужно посмотреть на штамп почтового отделения на конверте. То, что я раньше не догадался это сделать, показывает только одно - страх победил мой рассудок. Когда прибыло очередное письмо, не распечатывая его, я посмотрел на оборотную сторону конверта. Уральск! Слава Богу! Оттуда пуля до Одессы не долетит. А вскоре пациент был задержан... лечили его уже в Казахстане. Никогда больше я ничего о нем не слышал...

*
Позднее было еще несколько подобных случаев. Но говорить о них я не могу: принцип врачебной тайны здесь еще действует....