Записки психиатра

[borkhers]

*
Моим официальным учителем психиатрии был своеобразный человек, романтик, который мечтал о Нобелевской премии и о научном чуде. Всю жизнь он хотел, чтобы чудо свершилось, и всю жизнь метался из стороны в сторону. Вот пример, наиболее впечатляющий. Мы с профессором встречаемся на аллейке больничного парка, он мне говорит: «Вы уходите в отпуск?» (я уже работал тогда) – «Жаль, когда вы вернетесь, шизофрении уже не будет». Я говорю: «Ухожу. А в чем дело?» - «Приедут ребята из Москвы, привезут магнит». И он мне объяснил, на полном серьезе! - что у шизофреников магнитное поле головного мозга повернуто не в той плоскости, и можно с помощью направленного магнитного воздействия поставить магнитное поле на место. То есть, нужно вправить магнитное поле, если уж нельзя «вправить мозги». Идея, конечно, была совершенно абсурдной… Я вернулся из отпуска, шизофрения была на месте, профессор тоже.

*
Сегодня трудно представить, как преподавалась психиатрия в советских институтах. По-моему, было прочитано всего десять лекций. А лекций по медицинской психологии, я отлично помню, было всего четыре, читались они на втором курсе. Фактически это не было подготовкой. Ну, и практических занятий с гулькин нос. Но у нас было желание учиться, были книги, в том числе, некоторые книги на немецком и английском языках. Кто-то из нас знал английский, а кто-то знал немецкий, и мы, как умели, так и переводили полузапретные книжки. По вечерам собирались группой, и это был по сути подпольный кружок. Позднее его разгромили.
*
Кроме чудаковатого профессора была еще и изумительная доцент, очень милый человек, в честь нее посажена березка на аллее Праведников мира. Полина Георгиевна Никифорова вела официальный студенческий кружок, она понимала очень многое хотя оставалась все-таки советским психиатром. Спасало то, что советская психиатрия была, по сути, классической немецкой психиатрией, разумеется, адаптированной и покалеченной марксизмом и учением Павлова.