Вечная память

[borkhers]

*

И еще видели глаза мои:

историю болезни правозащитницы Анны Михайленко, где было записано докторской рукой: "Высказывает стойкие бредовые идеи о якобы наличии в Украине голода в начале тридцатых годов". Как увидел - так и запомнил навсегда.

Анна провела в спецбольнице семь лет.

*

О голодоморе узнал из книги Роберта Конквеста "Жатва скорби", распространявшейся в самиздате. Большей популярностью тогда пользовалась иная книга того же автора - "Большой террор", о гибели коммунисчтической элиты в тридцать седьмом-тридцать девятом году. До сих пор не пойму, как это получилось. Почему Тухачевский и Блюхер были важнее. Почему Рыков и Бухарин были интереснее, значительней...

Прочувствовал это все позднее, прочитав повесть Василия Гроссмана "Все течет".


*

Президент поручил мертвым непосильную для живых задачу: создать и консолидировать нацию. Неужели - справятся?

*

Нет, не получается единства: обе стороны горячатся. Не погубленные жизни важны, а то, ВО ИМЯ ЧЕГО принесена жертва. Не скорбеть, а доказать что-то.

Так вводят в соблазн.

*

Народ Украины слишком расколот, народ России слишком консолидирован.

Чего мы хотим от людей? Чего Бог от нас хочет?

*
Нет нам покоя. А ИМ?

Comments

[carolinknekt.livejournal.com]

Хутор Гуньки на Полтавщине, родина мужа. На краю кладбища - заросли дерезы и - теперь - помойка. Хутор почти вымер, заселен дачниками, они не знают, что это братская могила.

Ныне покойная свекровь рассказывала, что выжила, потому что была учительницей - ее отправили в Полтаву повышать квалификацию.
Поэтому мой муж и появился на свет. В 1934-м.
Вечная память безымянным в безымянной могиле...

А Гуньки, рассказывала Раиса Трофимовна, были не хутором, а большим селом. Раньше. До голодомора.

[borkhers.livejournal.com]

...