Вечная память

[borkhers]

*

И еще видели глаза мои:

историю болезни правозащитницы Анны Михайленко, где было записано докторской рукой: "Высказывает стойкие бредовые идеи о якобы наличии в Украине голода в начале тридцатых годов". Как увидел - так и запомнил навсегда.

Анна провела в спецбольнице семь лет.

*

О голодоморе узнал из книги Роберта Конквеста "Жатва скорби", распространявшейся в самиздате. Большей популярностью тогда пользовалась иная книга того же автора - "Большой террор", о гибели коммунисчтической элиты в тридцать седьмом-тридцать девятом году. До сих пор не пойму, как это получилось. Почему Тухачевский и Блюхер были важнее. Почему Рыков и Бухарин были интереснее, значительней...

Прочувствовал это все позднее, прочитав повесть Василия Гроссмана "Все течет".


*

Президент поручил мертвым непосильную для живых задачу: создать и консолидировать нацию. Неужели - справятся?

*

Нет, не получается единства: обе стороны горячатся. Не погубленные жизни важны, а то, ВО ИМЯ ЧЕГО принесена жертва. Не скорбеть, а доказать что-то.

Так вводят в соблазн.

*

Народ Украины слишком расколот, народ России слишком консолидирован.

Чего мы хотим от людей? Чего Бог от нас хочет?

*
Нет нам покоя. А ИМ?

Comments

[borkhers.livejournal.com]

В 1982. Помню точно - как-нибудь расскажу эту историю подробнее. Грамматической дилемы тогда не было, писали как кому взбредет. Думаю, что как я запомнил, так и было.

Нет, Сергей, на территории Украины 1932 год это нечто осбеенное, этакий территориальный холокост, которому теперь придают оттенок этнический. В Казахстане было похоже, но тоже не так.

[sergey-putilov.livejournal.com]

Мне один украинец с болью говорил, что вот на Украине люди мёрли, а рядом, в России, ели от пуза. Когда я привёл оказавшиеся под рукой свидетельства об ужасающей смертности в соседней Воронежской области, он тут же "изменил показания", заявив: да там же тоже украинцы жили. Про Кубань и говорить бесполезно - "там тоже украинцев морили голодом". Националистическое помрачение рассудка - или жертвы пропаганды. Однако смертельный голод был по всему югу России: Дон, Черноземье, Северный Кавказ, Повольжье, южная Сибирь... Наиболее похожие на правду цифры (примерные) жертв голода 32-33 годов таковы: Украина - 3,5 млн, Россия - 2,5 млн, Казахстан - 1 млн.