verses

[borkhers]

***
Не допросишься снега зимой - это о нас.
С утра моросило. Пасмурно. Рождество
приближается. Очереди у касс
удлиняются - это признак того,
что аппетит зимой приходит не во время еды,
а в ожиданье чудес: например, Звезды.

Она где-то ходит, незрима, поверх облаков.
Освещает их серые спины, пролагая маршрут
по направленью к вертепу, назад, в глубину веков,
спуск - тот же подъем и этот подъем крут.
Задержи дыханье - считай до десяти -
авось и увидишь свет, который в конце пути.

Этот свет не мигает в отличие от огней
завезенных из Китая на хвою из местных лесов.
Люди ходят парами, друг к другу жмутся плотней,
вот вернутся домой - и дверь за собой на засов.
А комнатка-то одна, мала и тесна -
и половину жилплощади занимает сосна.

Где-то там Мария, младенец, бык и осел.
А здесь румынская стенка из немыслимых дней,
когда в хрущевку вселялся молодожен-новосел,
телевизор купили, и ставили мебель плотней.
И слышали разговоры до первого этажа,
и батарей холодных рукою касались, дрожа.

Не ждали ни коммунизма, ни пришествия в мир
Спасителя Мира, но что завезут в гастроном,
это всех волновало - погруженная в рыбий жир
тресковая печень возвещала о мире ином,
о празднике, что отмечен листочком календаря,
о спутнике, что сигнал подает, в пустоте паря.