***
Мы помним правителей - они управляли мирами.
Миры разрушены. Правители были гнилыми.
Но память привычно цепляется за имена с номерами.
Мы смотрим на императоров. Мы любуемся ими.
В коронах и пурпуре, на мозаиках и на монетах,
в златотканых одеждах, со скипетрами и мечами,
мы помним всех этих уродов, проклятых и воспетых,
их слава и их погибель мальчишкам снится ночами,
и мальчишки сжимают свой фаллос, как рукоятку кинжала,
и откидывают одеяло, как мантию с горностаем.
Чаще, конечно, погибель славу опережала.
Но ничего - мы воскреснем и свое наверстаем.
Мы помним правителей - они управляли мирами.
Миры разрушены. Правители были гнилыми.
Но память привычно цепляется за имена с номерами.
Мы смотрим на императоров. Мы любуемся ими.
В коронах и пурпуре, на мозаиках и на монетах,
в златотканых одеждах, со скипетрами и мечами,
мы помним всех этих уродов, проклятых и воспетых,
их слава и их погибель мальчишкам снится ночами,
и мальчишки сжимают свой фаллос, как рукоятку кинжала,
и откидывают одеяло, как мантию с горностаем.
Чаще, конечно, погибель славу опережала.
Но ничего - мы воскреснем и свое наверстаем.