verses

[borkhers]

***
мужик обязан забить в кремлевские, блин, ворота,
или, по крайней, мере гвоздь забить в кремлевскую стену.
или забить на все это, поскольку - не наша забота
выходить на Красную площадь, как на театральную сцену.

жизнь прожить - не перепахать футбольное поле
под свисток судьи и человеческий рев стадиона.
сидеть на нарах все равно что сидеть на престоле,
в глубине номерного столыпинского вагона.

Положение вне игры, подсечка и блокировка,
желтый дом или красная карточка, блатного закона аккорды.
Судьба - индейка, верней - злодейка, точней - воровка
смывает краску стыда с отечной синюшной морды.

***
вот врата и икона надвратная. Господи, Боже мой!
перспектива обратная стала перспективой прямой.
чем дальше, тем уже, пространство сжимается вглубь и в даль.
не печалься, бывает хуже, невелика печаль.
перспектива - туда и обратно. Ничего не поделать тут.
стоишь у врат, но непонятно, куда же врата ведут.
все равно - обиты металлом и заперты на замок.
тяжесть на сердце усталом. заря украшает восток.
закат украшает запад. тьму укрощает свет.
и, кабы не трупный запах, я бы думал, что смерти нет.