verses

[borkhers]

**
я родился пять лет спустя после второй мировой,
не рисковал ни солдатской, бритой, ни лохматой, седой головой
не хлебал баланду из вражеской каски, как из котелка,
не служил ни в каком полку и не был сыном полка.
я был слишком стар для Афгана, тем более - для Чечни,
а сладко, наверно, стрелять - ты только начни.
я не сидел в окопе, ни, тем более, в блиндаже,
не жил годами в казарме и, конечно, не буду уже.
Бог хранил меня на путях, и воспитанный солдафон
не пытал меня, но старательно прослушивал мой телефон.
мы мирные люди любители советских книг о войне.
мы любим военные повести и военные фильмы вдвойне.
и, посещая Берлин и оглядывая рейхстаг
мы невольно видим разбитый купол и красный советский флаг.
мы мирные люди, мы дети военных детей,
для бронепоезда нашего нет запасных путей.
нет у нас бронепоезда, зато есть бронежилет.
мы любим военные марши и песни военных лет.

стихи о русской прозе

в девятнадцатый век в петербург на перекладных
трясешься любуешься скудостью
сельских пейзажей родных
царство заезжих немцев уехали господа
заросли осокою реки в прудах загнила вода
холопы без барина сироты на конюшне пороть
некого некому полосовать повинную плоть
нищие избы толпятся у церквушки но знают тут
Бог не подаст а люди тем более не подадут
одинокий дуб стоит среди поля дурак дураком
заброшенная усадьба сиротеет особняком
в двух смыслах она особняк она в стороне в саду
прячется а когда-то стояла у всех на виду
в девятнадцатый век на перекладных в иные века
до петербурга рукой подать жаль рука коротка