verses

[borkhers]

***

Cмеется царь: монах есть ангельский образ,
подобает ему на небо взлетети!

Связанный монах сидит на пороховой бочке,
огонь подбирается ближе и ближе.

Царь смеется, монах смеется и смерть смеется,
бояре смеются, никто не боится.

Выблядки, амалкитяне, моавитяне, латиняне,
которым в церковь Божию путь заказан.

Что пялите на царя налитые кровью очи?
О чем перешептываетесь, киваете головами?

У него-то и кости в теле рассохлись,
сердце пролилось как вода, оскудели силы,

уязвлена душа, распалилась совесть,
прокаженная совесть, но еще живая.

Связанный монах сидит на пороховой бочке.

На почтительном расстояньи
царь смотрит, смеясь, и монах смеется,
никому никого не жаль, это такая эпоха,
это время такое, ничего не поделать,
вселятся, как дети, никто не повинен.

В синем небе на облаке ангел с аптекарскими весами,
на одной чаше - монах на пороховой бочке,
на другой чаше - государь на троне.

Весы колеблются - все никак не придут а равновесье.

Comments

[borkhers.livejournal.com]

Эпизод полуреальный. Так действительно был казнен какой-то боярин, принявший монашество и наивно решивший, что это спасет и его душу и тело. Латиняне, амалкитяне и моа - аитяне - оскорбления из переписки Грозного естественно с Курбским. Спасибо!