verses

[borkhers]

***

Есть еще и такое место - станционный буфет.
Буфетчица с круглым зеркальцем, наводящая марафет
на лицо, широкое, как страна,
не выражающее ни хрена.

На бутербродах - подсыхающий сыр.
На стене плакат с голубочком, типа, что мы - за мир,
не столько в буфете, сколько - на всей Земле.
Имена процарапаны на пластиковом столе.

Возможно, к вокзалу прилагается городок.
Экспресс пролетает мимо, оставив на память гудок.
Остальные составы останавливаются, хоть на миг.

В небесах летит истребитель, называется - МИГ.
Шпион бы подумал: где-то близко военный аэродром.
И не ошибся бы, разрази его гром, успокой его бром.

Есть и вокзальная площадь. На пьедестале пальто
из гранита, повернувшееся спиной, рука, не то
указующая, не то призывающая, церковь без куполов,
речка, камень, на камне сидит рыболов.
Сидит, глядит на пластмассовый поплавок,
который, как рыболов, неподвижен и одинок.

Под корягой у самого дна последний усатый сом
спит и видит рыбий незатейливый сон:
вокзальный буфет, провисающие провода,
поезда отправляющиеся в никуда.

Comments

[buzhor.livejournal.com]

а что, порой и нужно...имхо, т.н. "расшифровка" Данте или Мандельштама - увлекательное чтение!
но это отдельно
в том то и штука что стихи "все равно" понятны
не всем, да. и не всё - в настояшей поэзии некая невидимая грань эта всегда присутстствует.
а поэзии понятной всем не бывает, даже у т.н. народных вроде Бернса или Есенина. Вот Щипачев, да будет ему земля пухом, весь понятен. и хде поэзия?
как то так

[borkhers.livejournal.com]

Ты прав.