borkhers | verses

***

Как родился сыночек, год не спали, о нем беспокоясь.
Чуть шорох. она бежит к колыбели, он - то к окну, то к дверям.
А как помер младенчик, супруги, поклонившись друг другу в пояс,
разошлись по дальним монастырям.

Она теперь игуменья - крепкая, жилистая старуха,
в гневе себя не держит, того и гляди перетянет четками по лицу.
Он - почитаемый старец, каждому открывает душу и ухо,
всякому пришлецу - мирянину и чернецу.

Она по ночам все мучится, все боится,
запирает келью изнутри на засов.
А он, говорят, отмаливал душу самоубийцы,
и на него преисподняя выслала десять бесОв.

И бесы с ног его сбили, копытами колотили,
а он лежал и молился, стона не пророня,
все просил, чтобы душу самоубийцы на волю они отпустили,
мол, если хотите, вместо него берите меня.

А игуменья каждое утро обходила свои владения -
мастерские иконописные, столярные, огород и сад.
И все кричала, заметив небрежение и нерадение,
сулила послушницам жаркий, кромешный ад.

Что до младенчика, он теперь - ангел, на облако
сядет и ножкой болтает, светится ясным лицом,
любуется на самолетики, грызет себе райское яблоко...
Вот вам, дети, история со счастливым концом.