Из цикла "Зима" (2004)

[borkhers]

* * *
Лапкой заячьей золотую фольгу
кладут на белый левкас.
Словно отклик солнечный на снегу —
Матерь Божья, молись о нас
теперь и в последний час.

Затвердевшее тело вбок повело,
где совести быть — чернеет дупло,
просвети, там станет светло.

Кистью беличьей выбелена плавь,
штрихи в уголках глаз.
Богородица, не оставь,
Благодатная, молись о нас,
теперь и в последний час.

Слой олифы, венец, оклад,
не грусти, все пойдет на лад,
все пойдет на лад, все пойдут в барак,
там скрежет зубов и мрак.

Заточку в тряпочке — под матрас.
Матерь Божья, молись о нас
теперь и в последний час.

Тьму сечет прожектор во всю длину.
Чешет на ночь пятки петух пахану.
А под утро — то ли пахан храпит,
то ли смертно петух хрипит.

Выхода нет. Есть подкоп и лаз.
Расшалились мы. Глаз за нами да глас:
Матерь Божья, молись о нас
теперь и в последний час.

Comments

[stroler.livejournal.com]

за тех, кто всё это прошёл!...

[borkhers.livejournal.com]

За них! В том числе за родственников и друзей. Впрочем, никого из этих родственников уже и нет в живвых. Понятно. Кстати, все пережившие лагерь мои прожили очень долго: выдержали испытание на прочность.