***
Так говорит Господь: Смотри, Я
воскрес от гроба, и смертный разрушен склеп.
Но Мария меня не узнает, пока не окликну: "Мария!",
и спутники не узнают, пока не преломят хлеб.
И только Петр, почуяв восторг растущий,
спрыгнет с лодки и до Меня доберется вплавь.
И за это я дам ему ключ от Рая и жезл пастуший,
и скажу: Вот стадо Мое! Паси его и управь.
***
Зябко с утра. Опадает вишневый цвет.
Покрывают черную землю белые лепестки.
Давит на плечи груз напрасно прожитых лет.
Боль изнутри разламывает виски.
В остальном все прекрасно. Хорошо, что зябко с утра,
хорошо, что цвет опадает, ягодки впереди.
Если весна-красна, то осень будет - мудра,
и сердце - диковинный плод - созреет во впалой груди.
Так говорит Господь: Смотри, Я
воскрес от гроба, и смертный разрушен склеп.
Но Мария меня не узнает, пока не окликну: "Мария!",
и спутники не узнают, пока не преломят хлеб.
И только Петр, почуяв восторг растущий,
спрыгнет с лодки и до Меня доберется вплавь.
И за это я дам ему ключ от Рая и жезл пастуший,
и скажу: Вот стадо Мое! Паси его и управь.
***
Зябко с утра. Опадает вишневый цвет.
Покрывают черную землю белые лепестки.
Давит на плечи груз напрасно прожитых лет.
Боль изнутри разламывает виски.
В остальном все прекрасно. Хорошо, что зябко с утра,
хорошо, что цвет опадает, ягодки впереди.
Если весна-красна, то осень будет - мудра,
и сердце - диковинный плод - созреет во впалой груди.