verses

[borkhers]

***
в нашем городе любили бандитов они герои
особенно если наши свои городские
мы мало знали о греках под стенами Трои
и с детства пели песенки воровские
например о налетчиках что старушку лишили чести
настоящих парнях охочих до старого тела
например о картежниках карты крапленые козырь крести
да забыл старушке понравилось она шесть раз улетела
и старушке Одессе тоже нравится ей бы почаще
лишь бы были лихими налетчики как в девяностые годы
лишь бы поили на шару и кормили послаще
лишь бы контрабандисты разгружали в порту пароходы
лишь бы носили продукты воровки мы их встречаем
как дорогих гостей героинь проживающих рядом
мы поили своих детей черным ворованным чаем
и кормили черным горьким ворованным шоколадом

***
Как любые вещи, пережившие тысячи поколений
своих хозяев, в музейных витринках,
мы также живем, не испытывая сожалений
о древних греках или о древних инках,
Мы сосуды, нам все равно, кто нас изготовил из глины,,
отпечатки чьих пальцев остались на наших душах,
как нас крутили в бараний рог исполины,
как мы ждали варваров или хамов грядущих.
Мы просто выставлены на всеобщее обозренье,
но никто не смотрит на нас - пусты музейные залы.
А где-то сияет Престол и слышится ангелов пенье,
и волны житейского моря дробятся о темные скалы.

***
У Акима и Анны радость на старости лет.
Девочка родилась. В глазах - несказанный свет.
Ангелы омывают и пеленают дитя.
Видно знают что-то, догадываются, хотя
ангелам Бог не открывает мыслей Своих.
Рождество Богородицы - первый штрих
в общий картине спасения мира, верней говоря,
первый праздник в начале церковного календаря.
Это ранняя осень слегка золотит листву.
Это Анна рожает в старости, вопреки естеству.
И Апокриф рядом с Писанием. рассуждают вдвоем
у изголовья Девочки, Боже, о Царстве Твоем.