Продолжаю тему. Итак, полу-оппозиционное, ернически-уголовное отношение к миру вдруг стало господствующим, чтобы не сказать единственным приемлемым мировоззрением одессита: улыбайтесь, вы в Одессе, которая - улыбка Бога.... Но и проказы черта не в последнюю очередь. Одесский черт в ночи простерт огоньки его глаз светятся....
Он совсем не Мефистофель, скорее украинский фольклорный чертик, при всем неприятии Одессой украинизма. Да, с еврейской хитрецой, от этого никуда не деться. Но и эта хитреца - атрибут фольклорного галицийского еврея. Жуликоватый проказник, Трикстер, если вспомнить Юнга.
В чем-то симпатичный, но, все же - опасный.
Это мировоззрение, эта городская квази-идеология не побеждала конкурентов - их у нее просто не было. В этом смысле шаблон "Одесса - город контрастов" не сработал бы. Одесская культура в том виде, в каком она утвердилась в середине восьмидесятых и в каком она существует и поныне была гомогенна и монотонна. Да, она основывалась на мифе. Этот миф, возможно, и помогал одесситам выжить. Но его носители стремительно покидали город. И чем меньше оставалось в городе людей той культуры, тем крепче цеплялись за нее немногие оставшиеся. Нельзя сказать, что они не понимали, что оказались в изоляции. Понимали. Но они научились жить в изоляции и извлекать из нее маленькие призы - эмоциональные и, что греха таить - материальные тоже.
Нувориш с эстетическими амбициями стал "культурным героем" девяностых.
Он совсем не Мефистофель, скорее украинский фольклорный чертик, при всем неприятии Одессой украинизма. Да, с еврейской хитрецой, от этого никуда не деться. Но и эта хитреца - атрибут фольклорного галицийского еврея. Жуликоватый проказник, Трикстер, если вспомнить Юнга.
В чем-то симпатичный, но, все же - опасный.
Это мировоззрение, эта городская квази-идеология не побеждала конкурентов - их у нее просто не было. В этом смысле шаблон "Одесса - город контрастов" не сработал бы. Одесская культура в том виде, в каком она утвердилась в середине восьмидесятых и в каком она существует и поныне была гомогенна и монотонна. Да, она основывалась на мифе. Этот миф, возможно, и помогал одесситам выжить. Но его носители стремительно покидали город. И чем меньше оставалось в городе людей той культуры, тем крепче цеплялись за нее немногие оставшиеся. Нельзя сказать, что они не понимали, что оказались в изоляции. Понимали. Но они научились жить в изоляции и извлекать из нее маленькие призы - эмоциональные и, что греха таить - материальные тоже.
Нувориш с эстетическими амбициями стал "культурным героем" девяностых.