Вчерашний день

[borkhers]

Вчера вечером собрались одесские интеллигенты - в лучшеи и худшем смысле слова. Я был среди них, как говорится, плоть от плоти... Говорили о том, как спасти Одессу. Спасать действительно нужно. Последние годы денег в городе накопилось достаточно, чтобы его разрушить. И построить на его месте что-нибудь шикарнее... Самые старые. милые сердцу дома предназначены к сносу. Так в шестидесятые годы одесситы с энтузиазмом выбрасывали мебель конца девятнадцатого века и замещали ее полированными коробками. 

Лучшие вещи сохранились не у тех, кто имел деньги, а у тех, кто денег НЕ ИМЕЛ.

Конечно, и эти последние  тоже избавились от наследия предков, но на более выгодных условиях.

Этот город умрет от отсутствия вкуса.

Comments

[borkhers.livejournal.com]

Что имеем. не храним. А фаллические символы нам нужны. Ведь мы е... всех и все, а нас - никто и,главное, ничто. У нас вокзал не рушили, благо, построен при тов. Сталине. Но покрасили здание в розовый цвет. Получилось так красиво, что все же начали перекрашивать...

[nebula8.livejournal.com]

перестаешь замечать... Он уже стоИт, жизнь вокзала нормализовалась - и горожане вздохнули, пусть с оттенком печали, но - куда деваться?

Однажды беседовала с музыкантом, который много ездил со своим оркестром. Спросила его - как он переносит музыку в поездах (я как раз была только с поезда и в соседнем купе радио просто не давало жить). Он сказал, что это просто пытка - слух и восприятие от этого портятся чрезвычайно. Сознание - как настроеный инструмент, испортить вкус - много сил не надо. Но есть ли выход из ситуации при тотальной бедности?

Еще PS. Помню, как наши краеведы получили старинный красивый домик, но денег у них не было его сразу починить и заселить - нужен был огромный ремонт. Так пока они бегали по инстанциям и выбивали деньги - домик буквально разобрали руками на кирпичи местные дачники. Так что чинить было уже и нечего.

[borkhers.livejournal.com]

А меня бесит музыка в маршрутках. Для меня это пытка. Но пипл хавает. А вот если зазвучит какая-нибудь скрипочка, не говоря уже о виоле да гамба,то радиоприемник переключают мгновенно. Они от нас страдают больше, чем мы от них.

[nebula8.livejournal.com]

+10. вспоминать маршрутки и автобусы с русским роком и тюремным шансоном ужасно...
уже три года как на своем авто - выбираешь музыку сама, чаще выбираешь тишину. И хорошо-то как!

[borkhers.livejournal.com]

Завидую. Никогда не рулил. Но водителей, выбирающих тишину немного. У меня под окном сосед устроил что-то вроде автомастерской. Пациентка у н7его одна - любимая старая Волга. Боюсь, она безнадежна. Но радило в ней исправно работает. И громко.
О если бы настоящий тюремный фольклор! Это пусть грусный, но все же жанр. А вот неумелиые стилизации 2под блатняка"... А еще есть муси-мкси-пуси-пуси...

[nebula8.livejournal.com]

Я себе тоже завидую. В смысле - все никак не могу привыкнуть к новой реалии. Еще бы - сорок с лишним лет пешком и на автобусах, а потом вдруг за руль...

Про авто-музыку - вообще печальная история. На мойке машин или просто на светофоре часто приходится стискивать зубы ибо заткнуть уши невозможно - руки заняты. какой-нибудь "любитель музыки" решает осчастливить своих соседей жутким басовым боем по мозгам. Дома к счастью такие страдания выпадают редко - на съемных квартирах к этому строго относятся, а то все жильцы сбегут...

вдруг вспомнилась фраза из кино про далай-ламу (то ли 'Кундун', то ли 'Семь лет в Тибете' - не помню). Там когда китайцы пришли к власти и установили везде динамики-громкоговорители, из которых постоянно лилась ура-патриотическо-советско-китайская-якобы-музыка, далай лама сказал: они украли у нас нашу тишину...

[i-p-k.livejournal.com]

про музыку в поездах и маршрутках - ношу с собой мп3-плеер и затыкаю уши наушниками в тяжелых случаях. Иногда приходится включать в них музыку погромче. При ходьбе по городу кроме затыкания ушей музыкой, иногда приходится поднимать взгляд повыше, потому что с закрытыми глазами ходить трудно.

Этим летом приехали в гости родители из Нью-Йорка. Говорят так - Одесса становится красивее, но это уже не Одесса.