***
Жить в частном секторе, но в городской черте,
в двух шагах от осени, точней, в двадцати
минутах ходьбы до пляжа, где в пустоте
тесно, как взаперти.
Потеря желания жить между иных потерь
не так заметна. Громко хлопает дверь
раздевалки, раскачиваясь на ветру,
сегодня я не умру.
Железное море входит в рыхлый песок.
Ходит чайка, поглядывает наискосок,
Мертвый краб раскинул лапки по сторонам.
Боже, что делать нам?
Жить в частном секторе. Слышать тоскливый вой
соседской собаки, качающей тяжелою головой,
дымом дышать – соседи жгут сорняки на углу.
Ветер несет золу.
Сколько им говорить, сколько им говорить!
Нет ни стыда, ни совести, управы на них нет!
Летит паучок, цепляется за прозрачную нить.
Вижу вечерний свет.
Жить в частном секторе, но в городской черте,
в двух шагах от осени, точней, в двадцати
минутах ходьбы до пляжа, где в пустоте
тесно, как взаперти.
Потеря желания жить между иных потерь
не так заметна. Громко хлопает дверь
раздевалки, раскачиваясь на ветру,
сегодня я не умру.
Железное море входит в рыхлый песок.
Ходит чайка, поглядывает наискосок,
Мертвый краб раскинул лапки по сторонам.
Боже, что делать нам?
Жить в частном секторе. Слышать тоскливый вой
соседской собаки, качающей тяжелою головой,
дымом дышать – соседи жгут сорняки на углу.
Ветер несет золу.
Сколько им говорить, сколько им говорить!
Нет ни стыда, ни совести, управы на них нет!
Летит паучок, цепляется за прозрачную нить.
Вижу вечерний свет.
no subject
Date: 2006-09-16 08:41 am (UTC)хотим уловить кроме серого какой-то цвет
цвет ,напоминающий,о том что мы молоды,
и что всего нам по двадцать лет
что вборьбе нужно прямо держать головы
как бы их не клонило отчаяньем к земле
чтобы не стать кем-то просто сломленным
в этой упрямой жестокой борьбе
чтоб не бояться в сомнениях своего голоса,
смело и с вызовом свои выражая мысли,
чтоб не быть в страхе перед этим городом
и перед этой в серых тонах жизьнью
no subject
Date: 2006-09-16 11:07 am (UTC)