больной вопрос
Aug. 10th, 2009 03:43 amВнутреннее разделение, двойная идентичность, поэзия с нечистым "р", с акцентом различной степени тяжести - от едва заметного до совершенно откровенного. Чаяние Нового Иерусалима, скорбь по разрушенному Храму, боль за реальный Иерусалим и реальную Москву, Петербург, Киев, Одессу...
Все это, вероятно, не может быть отброшено ради обретения непротиворечивой идентичности, ради цельности, подобной монолитности камня. Ибо структура интегрированной личности, плотность монолита не оставляет пространства для поэтического творчества.
Напряжение внутреннего диалога, разлом бытия, требующий обезболивания, если не исцеления, это ли не почва для стихов высочайшего накала? Бесконечный выбор, который никогда не будет сделан. Внутренние сомнения и внешние удары с двух сторон. Все это надлежит претерпеть. Ради чего?
Ни денег, ни настоящей славы не приносит сегодня русское стихосложение. Не за стихи полюбит поэта прекрасная дама, не закажет ему Держава оды на восшествие на престол господина К. Не оплатит иностранная разведка стихотворного пасквиля на вскормившую ренегата землю.
Лишь иррациональная, необъяснимая преданность Слову может оправдать мало кому нужное творчество, поглощающее время, эмоции, душевные силы.
В случае еврейско-русской поэзии это преданность русскому слову, языку, вскормившему душу еврея вместе с молоком русскоговорящей еврейской матери. Говорящей все с тем же акцентом.
Поле этого смешанного стихотворчества продолжает плодоносить.
Как бы то ни было, урожай с этого поля собирает русская культура, русская поэзия. И ей решать, как распорядиться русско-еврейским наследием.
Вот, пожалуй, и все.
Все это, вероятно, не может быть отброшено ради обретения непротиворечивой идентичности, ради цельности, подобной монолитности камня. Ибо структура интегрированной личности, плотность монолита не оставляет пространства для поэтического творчества.
Напряжение внутреннего диалога, разлом бытия, требующий обезболивания, если не исцеления, это ли не почва для стихов высочайшего накала? Бесконечный выбор, который никогда не будет сделан. Внутренние сомнения и внешние удары с двух сторон. Все это надлежит претерпеть. Ради чего?
Ни денег, ни настоящей славы не приносит сегодня русское стихосложение. Не за стихи полюбит поэта прекрасная дама, не закажет ему Держава оды на восшествие на престол господина К. Не оплатит иностранная разведка стихотворного пасквиля на вскормившую ренегата землю.
Лишь иррациональная, необъяснимая преданность Слову может оправдать мало кому нужное творчество, поглощающее время, эмоции, душевные силы.
В случае еврейско-русской поэзии это преданность русскому слову, языку, вскормившему душу еврея вместе с молоком русскоговорящей еврейской матери. Говорящей все с тем же акцентом.
Поле этого смешанного стихотворчества продолжает плодоносить.
Как бы то ни было, урожай с этого поля собирает русская культура, русская поэзия. И ей решать, как распорядиться русско-еврейским наследием.
Вот, пожалуй, и все.
no subject
Date: 2009-08-10 02:46 am (UTC)В своё время царская цензура не пропустила к распространению в России ввиду «тенденциозности и предосудительности» изданную в Берлине в 1864 г. повесть в стихах Л. И. Мандельштама, несмотря на русофильство и верноподданнический дух этого произведения.
В 1891 г. было приостановлено на шесть месяцев издание журнала «Восход». Причиной послужила публикация девяти глав повести русского писателя Д. Мордовцева «Между молотом и наковальней» и переведенной с идиш на русский язык повести Менделе Мохер Сфарима «Кляча, или Жалость к животным». На докладе министра внутренних дел, в котором утверждалось, что журнал закрыт как орган, разжигающий «страсти еврейского населения», Александр III написал: «И прекрасно сделали». Е. Феоктистов, начальник Главного управления по делам печати в 1883–96 гг., писал в воспоминаниях: «Недурно было бы также обратить внимание и на печать еврейскую. Из практики моей я мог убедиться, что эта последняя — страшное зло, с которым бороться очень трудно».
В ноябре 1918 г. сионисты в Петрограде начали издавать газету «Хроника еврейской жизни», также закрытую Петроградским ВЧК в июле 1919 г. по доносу Евсекции. В 1919–20 гг., после того, как Красная армия занимала различные территории, все независимые издания тут же закрывались. Так, после занятия Иркутска частями Красной армии прекратил существование еженедельник «Еврейская жизнь». Сразу же после прихода большевиков к власти библиотечные собрания в России были подвергнуты строгой проверке. Были составлены специальные инструкции по изъятию книг из советских библиотек. Книги переводили в специальные хранилища (спецхраны) или просто уничтожали.
О том, насколько затребованы были произведения еврейских поэтов в СССР, рассказывать не буду - все всё знают (или должны знать).
А вот совсем недавние вести из Сум. Это Украина, но, если вдуматься, какая нах разница:
http://www.ua-reporter.com/novosti/37072
no subject
Date: 2009-08-10 10:45 am (UTC)no subject
Date: 2009-08-10 09:19 pm (UTC)Немецкий город Кассель "славен" тем, что 7-го ноября 38-го - т.е. за два дня до начала, того, что осталось в Истории как "хрустальная ночь" - в нём была сожжена синагога. Первая в длинной череде.
Это предыстория.
Десять лет назад кто-то постучал в дверь кассельской синагоги. Открыли дверь. На порое никого. И только огромный свёрток. Со всеми положенными предосторожностями вскрыли...
Это были свитки из уничтоженной в 38-ом синагоги.
Полагаю, вам, дорогие мои, не надо объяснять, чем рисковал немец, спасший и хранивший у себя эти свитки.
P.S. Они тогда были оценены (оценка была необходима для заключения страховки) в 300.000.
Вот история и история. Есть над чем подумать.
no subject
Date: 2009-08-11 02:53 am (UTC)