Записки психиатра
May. 14th, 2012 08:01 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
borkhers*
Одно из самых значимых открытий психоанализа состоит в том, что физические симптомы болезни могут не только быть следствием эмоциональной травмы, но и символически выражать ее суть. Здесь у мировой психиатрической общественности нет особых возражений. Бессознательный защитный механизм, превращающий психологический конфликт в физический симптом получил название конверсии (обращения). То, что Фрейд называл "конверсионно истерией" в своременной классификации болезнней называется "конверсионным расстройством".
*
Слово "расстройство" - универсально в последних классификациях болезней. Как говорят в Одессе: не жизнь, а одно расстройство. Впрочем, в психиатрии расстройств очень много.
*
Если психиатры не возражают против того, что у больного может пропасть зрение, потому что он не в силах смотреть на происходящее вокруг, то сами пациенты обычно совершенно не склонны признавать, что их страдание имеет психологическую природу. Наши больные - стихийные материалисты. Они не верят, что их ощущения, сколь бы ни необычны они ни были, могут быть порождены их психикой. Должна же быть телесная основа! Хоть какая-нибудь!
*
Если ее нет, то тогда страдание больного становится выдумкой, симуляцией. И психиатрия косвенно соглашается с этим, помещая т.н. соматизированные расстройства в один раздел с "имитируемыми" (то есть - симулируемыми). Да разве не называли психиатры прошлого истерию "великой симулянткой"? Да и сам Фрейд, говоря о истерических симптомах, разве не говорил о том, что больные "симулируют"?
*
А потому пациент всегда будет искать того врача, который объяснит ему в чем физическая причина его страдания. А врач всегда будет с внутренним раздражением говорить с пациентом, у которого нет органических расстройств. Предложение обратиться к психотерапевту будет воспринято с возмущением. К услугам пациента огромное количество методов исследования и убеждение докторов, что "нет здоровых, а есть недообследованные".
*
Установка ложного диагноза может оказать на пациента благотворное действие. Его жалобы нашли "естественное объяснение", а болезнь приобрела должную респектабельность.
*
И того хуже заблуждение, которое я встречаю в психотерапевтической среде. Некоторые мои коллеги всерьез считают, что любое заболевание (даже инфекционное!) имеет психологическую природу. По-моему я уже вспоминал о женщине-психоаналитике, которая. обнаружив у себя опухоль, начала проходить новый курс психоанализа, в надежде, что в результате психотерапии крупная фибромимома "рассосется". Мы всегда склонны к генерализации. Если кто-то в чем-то неправ, он должен быть неправ во всем.
Одно из самых значимых открытий психоанализа состоит в том, что физические симптомы болезни могут не только быть следствием эмоциональной травмы, но и символически выражать ее суть. Здесь у мировой психиатрической общественности нет особых возражений. Бессознательный защитный механизм, превращающий психологический конфликт в физический симптом получил название конверсии (обращения). То, что Фрейд называл "конверсионно истерией" в своременной классификации болезнней называется "конверсионным расстройством".
*
Слово "расстройство" - универсально в последних классификациях болезней. Как говорят в Одессе: не жизнь, а одно расстройство. Впрочем, в психиатрии расстройств очень много.
*
Если психиатры не возражают против того, что у больного может пропасть зрение, потому что он не в силах смотреть на происходящее вокруг, то сами пациенты обычно совершенно не склонны признавать, что их страдание имеет психологическую природу. Наши больные - стихийные материалисты. Они не верят, что их ощущения, сколь бы ни необычны они ни были, могут быть порождены их психикой. Должна же быть телесная основа! Хоть какая-нибудь!
*
Если ее нет, то тогда страдание больного становится выдумкой, симуляцией. И психиатрия косвенно соглашается с этим, помещая т.н. соматизированные расстройства в один раздел с "имитируемыми" (то есть - симулируемыми). Да разве не называли психиатры прошлого истерию "великой симулянткой"? Да и сам Фрейд, говоря о истерических симптомах, разве не говорил о том, что больные "симулируют"?
*
А потому пациент всегда будет искать того врача, который объяснит ему в чем физическая причина его страдания. А врач всегда будет с внутренним раздражением говорить с пациентом, у которого нет органических расстройств. Предложение обратиться к психотерапевту будет воспринято с возмущением. К услугам пациента огромное количество методов исследования и убеждение докторов, что "нет здоровых, а есть недообследованные".
*
Установка ложного диагноза может оказать на пациента благотворное действие. Его жалобы нашли "естественное объяснение", а болезнь приобрела должную респектабельность.
*
И того хуже заблуждение, которое я встречаю в психотерапевтической среде. Некоторые мои коллеги всерьез считают, что любое заболевание (даже инфекционное!) имеет психологическую природу. По-моему я уже вспоминал о женщине-психоаналитике, которая. обнаружив у себя опухоль, начала проходить новый курс психоанализа, в надежде, что в результате психотерапии крупная фибромимома "рассосется". Мы всегда склонны к генерализации. Если кто-то в чем-то неправ, он должен быть неправ во всем.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2012-05-14 05:42 pm (UTC)А история с символами это не психиатрия, а философия. Не старинная "натруфилософия", которая не осознавала именно этой самой ошибки, а прикладная философия как инструмент познания.
Пошла эта проблема, кстати, от древних греков. Они внесли огромный вклад в философскую мысль, но в то же время отяготили ее серьезными и принципиальными ошибками. От которых, именно в силу своего огромного вклада и приобретенного благодаря ему авторитета, людям пришлось избавляться долго и болезненно.