Вечер состоял из двух отделений. В первом - приглашенные поэты читали стихи Бродского, во втором - говорили о нем, что-то вспоминали, отвечали на вопросы ведущего Карла Кирчви и на вопросы из зала.


перед началом вечера

Мария Бродская и Энн Шелберг.

Роберто Калассо

без комментариев

Мэри Джо Зольцер

Марк Стренд

Дерек Уолкотт

Адам Загаевский

в перерыве

дискуссия
перед началом вечера
Мария Бродская и Энн Шелберг.
Роберто Калассо
без комментариев
Мэри Джо Зольцер
Марк Стренд
Дерек Уолкотт
Адам Загаевский
в перерыве
дискуссия

no subject
Date: 2011-03-21 12:14 am (UTC)no subject
Date: 2011-03-21 07:33 am (UTC)no subject
Date: 2011-03-21 07:40 am (UTC)no subject
Date: 2011-03-21 12:53 am (UTC)no subject
Date: 2011-03-21 07:34 am (UTC)no subject
Date: 2011-03-21 06:17 am (UTC)дай всем Бог здоровья
no subject
Date: 2011-03-21 07:34 am (UTC)no subject
Date: 2011-03-21 06:31 am (UTC)Хотя вот М.Стрэнд поэт довольно средний..Хватило бы и Уолкотта, он многому у Бродского научился, да и сам не слаб.
no subject
Date: 2011-03-21 07:36 am (UTC)no subject
Date: 2011-03-21 02:27 pm (UTC)no subject
Date: 2011-03-25 04:03 pm (UTC)no subject
Date: 2011-03-25 04:16 pm (UTC)тема намечена пламенным инквизитором А. Григоровым помешанном на идее выкрестов и крестов.:)
no subject
Date: 2011-03-24 11:01 am (UTC)no subject
Date: 2011-03-25 04:02 pm (UTC)no subject
Date: 2011-03-25 04:18 pm (UTC)no subject
Date: 2011-03-25 05:48 pm (UTC)Во-первых, Уилбер заменил некоторые женские рифмы мужскими: например, в самом начале. Вообще, нет большого греха в том, чтобы при переводе на английский делать все рифмы мужскими (как поступил, например, Набоков со своим стихотворением, которым заканчивается 'Дар'), но неправильно делать это только в некоторых местах: начинает плясать интонация, что совершенно не адекватно оригиналу.
Во-вторых, он сделал одинаковую рифмовку везде, тогда как в оригинале в целом – aBaBcc, но в третьей и шестой строфах – aaCbbC. Причем все строки c/C там подчеркнуты типографским отступом, так что эта изощренная (самоподобная!) двухуровневая структура – явно часть замысла.
Тут ведь вот еще какое дело: форма этого стихотворения вообще очень не случайна. Шесть строф и шесть строк в строфе – это число из его названия, а сложное переплетение мужских и женских рифм – это мужской и женский голос: они там, если прислушаться, ссорятся, мирятся и в конце концов расстаются. Коли уж Уилбер взялся переводить эту вещь с размером и рифмой, зря он не воспроизвел вариацию строфы и не поставил женские рифмы, куда полагалось. Как справедливо сказано у Галича, начал делать – так уж делай, чтоб не встал…
Между прочим, пару лет назад мне удалось с помощью вышеприведенных аргументов преодолеть сопротивление Joseph Brodsky Foundation, которые в порядке исключения позволили нам с коллегой опубликовать новый перевод этого стихотворения (в антологии, где все переводы тщательно воспроизводят стихотворную форму оригинала). Если интересно, вот он: