***
У тебя все валится из рук. Это так. Хрен что ей возразишь.
Сахар из ложки по дороге из банки в чашку крепкого чая.
Ключи, когда стоишь у двери или калитки. Осень. С крыш
стекают остатки ночного дождя. Не огорчая
никого, невозможно жить. Какой-нибудь нервный тик
кого-то приводит в бешенство. Сколько раз тебе говорила –
не дергай плечом, не моргай, не морщи лоб. Не морщи!
Ветер, сорвав урожай листвы на асфальт, поутих.
По чугунной лестнице вниз (не трогай ладонью перила!)
сходит старик, худой и черный, словно святые мощи.
Впрочем, мощи разряжены в белые ризы. Они под стеклом,
в подвале собора. Под деревянной сенью с тонкой резьбою.
К ним очередь – приложиться. Семь лампад многоцветных
свисают над саркофагом. Жизнь катится под уклон.
А тут свечу не поставишь – дрожит рука. Над тобою
не то чтобы потешаются. Но хотелось бы незаметных
болезней, вредных привычек, а тут все напоказ:
свечка падает. Примета, понятно, что не из лучших.
Поднимаешь с пола – заодно и поклон. Распрямляешь тело.
Шепчешь: прости, Благодатная, это – в последний раз.
Прищуришь глаза – от лампады потянется красный лучик.
А в ушах: сколько раз говорить? Боже, как всё надоело!
У тебя все валится из рук. Это так. Хрен что ей возразишь.
Сахар из ложки по дороге из банки в чашку крепкого чая.
Ключи, когда стоишь у двери или калитки. Осень. С крыш
стекают остатки ночного дождя. Не огорчая
никого, невозможно жить. Какой-нибудь нервный тик
кого-то приводит в бешенство. Сколько раз тебе говорила –
не дергай плечом, не моргай, не морщи лоб. Не морщи!
Ветер, сорвав урожай листвы на асфальт, поутих.
По чугунной лестнице вниз (не трогай ладонью перила!)
сходит старик, худой и черный, словно святые мощи.
Впрочем, мощи разряжены в белые ризы. Они под стеклом,
в подвале собора. Под деревянной сенью с тонкой резьбою.
К ним очередь – приложиться. Семь лампад многоцветных
свисают над саркофагом. Жизнь катится под уклон.
А тут свечу не поставишь – дрожит рука. Над тобою
не то чтобы потешаются. Но хотелось бы незаметных
болезней, вредных привычек, а тут все напоказ:
свечка падает. Примета, понятно, что не из лучших.
Поднимаешь с пола – заодно и поклон. Распрямляешь тело.
Шепчешь: прости, Благодатная, это – в последний раз.
Прищуришь глаза – от лампады потянется красный лучик.
А в ушах: сколько раз говорить? Боже, как всё надоело!
no subject
Date: 2007-11-04 07:11 am (UTC)стародетство, детствостарость, то, что было, то осталось. мне говорили: не горбись, Наташа, не делай такое лицо, не смотри в окно. и я старалсь стать лучше, краше. а теперь уже все равно.
представь, погрузилась в детство - и вот только что мама позвонила.
no subject
Date: 2007-11-04 07:13 am (UTC)no subject
Date: 2007-11-04 07:21 am (UTC)no subject
Date: 2007-11-04 07:26 am (UTC)no subject
Date: 2007-11-04 08:06 am (UTC)У нас - снег.
no subject
Date: 2007-11-04 08:22 am (UTC)no subject
Date: 2007-11-04 08:24 am (UTC)no subject
Date: 2007-11-04 12:20 pm (UTC)no subject
Date: 2007-11-04 01:44 pm (UTC)no subject
Date: 2007-11-05 05:57 am (UTC)Жесткие рамки "реала" виноваты... Но - борюсь! :)
no subject
Date: 2007-11-04 04:55 pm (UTC)как же хорошо,что вот так хорошо,светло и просто написано...
спасибо вам
no subject
Date: 2007-11-04 10:39 pm (UTC)no subject
Date: 2007-11-05 12:26 am (UTC)cвятые - к ходящему старику - хорошо ли?
Какие-то иные мощи, на мой взгляд.
Или немощи :)
no subject
Date: 2007-11-05 06:32 am (UTC)